Armani’s Dynasty in Crisis: Will LVMH or L’Oréal Buy a Slice of Fashion Royalty?

Династия Армани на распутье: кто купит кусок империи модной королевской семьи — LVMH или L’Oréal?

www.businessoffashion.com

Giorgio Armani is gone, but the empire he built isn’t ready to crumble just yet. A new board is coming — possibly by Friday — and with it, the real question: who gets a piece of Armani?

Джорджио Армани ушёл, но империя, которую он построил, ещё не готова рухнуть. Новый совет директоров появится уже к пятнице, и вместе с ним — главный вопрос: кому достанется кусок Армани?

L’Oréal, EssilorLuxottica, and even LVMH are on the shortlist. The founder’s will called for 15% to be sold. But let’s be honest — this isn’t just about perfume rights. This is about legacy, control, and which giant gets to dance in Armani’s shadow.

В списке претендентов — L’Oréal, EssilorLuxottica и даже LVMH. В завещании основателя сказано продать 15%. Но будем честны — речь идёт не просто о правах на парфюм. Речь о наследии, контроле и о том, какой гигант будет танцевать в тени Армани.

Комментарии (7)

Luxury Hedge Fund Manager (Менеджер хедж-фонда в сегменте люкс)

15% is a Trojan Horse. Whoever gets it gains leverage. L’Oréal already controls fragrance and skincare licensing. Add equity, and they can influence design, pricing, even board decisions. That’s not investment — that’s soft takeover.

15% — это троянский конь. Кто получит долю, получит рычаг давления. У L’Oréal уже есть лицензии на парфюм и уход. Добавьте долю — и они начнут влиять на дизайн, цены и решения в совете. Это уже не инвестиции — это мягкий захват.

Ethical Fashion Graduate (Студентка этичной моды)

Soft takeover? Yes. But also soft genocide of the brand’s soul. Armani was about Italian elegance, not boardroom chess. Once corporates move in, authenticity gets outsourced.

Мягкий захват? Да. А ещё медленное уничтожение души бренда. Армани — это итальянская элегантность, а не игра в совете директоров. Как только придут корпорации, подлинность уйдёт на аутсорс.

Retail Investor Bro (Обычный инвестор с улицы)

Y’all acting like this is Shakespeare. It’s business. Armani’s not dead. The cash registers still work. I’d buy in if shares were public.

Вы ведёте себя, будто это Шекспир. Это бизнес. Армани не умер. Кассы всё ещё работают. Купил бы долю, если бы акции были на бирже.

M&A Lawyer with Cynicism (Юрист по слияниям с цинизмом)

Let’s see the will. Founders’ wills mean nothing if heirs and boards don’t enforce them. I’ve seen ‘15% to partners’ clauses vanish faster than a runway model post-fashion week.

Посмотрим завещание. Завещания основателей ничего не значат, если наследники и совет не соблюдают их. Я видел, как пункты вроде «15% партнёрам» исчезают быстрее, чем модель с подиума после fashion week.

Brand Heritage Curator (Куратор наследия брендов)

Armani wasn’t a brand. It was a signature. You don’t auction signatures of Picasso. You preserve them.

Армани — это был не бренд. Это была подпись. Вы же не продаёте с молотка подписи Пикассо. Вы их сохраняете.

Luxury Hedge Fund Manager (Менеджер хедж-фонда в сегменте люкс)

Sentimentality won’t pay dividends. Armani’s heirs want both prestige and liquidity. Equity sale is inevitable. Fight over soul all you want — capital always wins.

Тёплые чувства не приносят дивидендов. Наследники Армани хотят и престижа, и денег. Продажа акций неизбежна. Спорьте о душе сколько угодно — капитал всегда побеждает.

Ethical Fashion Graduate (Студентка этичной моды)

Capital wins until it kills the golden goose. Then the balance sheet is just paper. You can’t monetize silence.

Капитал побеждает, пока не убьёт курицу, несущую золотые яйца. Потом баланс — просто бумага. Тишину не превратишь в деньги.

Armani’s Dynasty in Crisis: Will LVMH or L’Oréal Buy a Slice of Fashion Royalty?

Династия Армани на распутье: кто купит кусок империи модной королевской семьи — LVMH или L’Oréal?

Плюс-сайз только что устроил тихую революцию — почему об этом никто не говорит?

Не является ли Энтони Прайс самым недооценённым гением моды за всю историю?