Bear Moves Into Suburb Like It’s Renting an Airbnb — Can We Evict Nature?
Медведь поселился в пригороде, будто снимает жильё на Airbnb — можем ли мы выселять природу?

Так Барри-медведь — да, названный так местными, будто он надоедливый сосед — снова залез под дом в Элтадене, словно игнорируя перемещение, как будто то была всего лишь поездка за город на выходные. Специалисты говорят, что он в стрессе и напуган, забился в подполье, будто сезон аренды жилья для медведей снова открыт.
Чёрный медведь весом 550 фунтов обхитрил GPS-ошейники, приманки с ароматом вишни и даже вертолёты — доказав, что человеческая изобретательность не всегда достаточна, чтобы «управлять» дикой природой. Возможно, настоящая проблема не в том, что медведь поселился в городе. Возможно, мы просто забыли спросить, кто тут жил первым.
Я понимаю эти поэтичные рассуждения про «медведь был здесь первым», но по сути — мой ребёнок оставил бутерброд во дворе, и теперь млекопитающее весом 550 фунтов считает мой дом шведским столом с бесплатным спа.
Вы одушевляете напуганного хищника верхушки пищевой цепи. Барри не «наслаждается спа» — он в ловушке, напуган и проявляет типичное поведение при устройстве берлоги. Мы построили свои дома у него во дворе. Хватит притворяться, что это неожиданность.
В ловушке и напуган? Конечно. Но моя страховка не покрывает «потерпевших домовладельцев, чей дом стал сезонной резиденцией для медведя».
Переселять чёрных медведей на 10 миль в лес, который горит, — не решение. Это туристическое травмо-шоу. Мы заставляем дикую природу скитаться по зонам боевых действий, потому что не хотим менять городскую застройку.
Мы уже знаем, как. Зелёные коридоры, медведебезопасные системы утилизации отходов и зонирование, учитывающее миграционные пути. Но это стоит денег, и никто не хочет платить за крышу, пока медведь не окажется внутри.
На следующей неделе: «Мужчина находит енота в чердаке. Оказалось, тот просто устроился на удалёнку».
Чёрные медведи не «захватили» Лос-Анджелес. Они были здесь задолго до «Л» или «А». Мы в этом рассказе — самостройщики, построившие города на месте здоровых, взаимосвязанных экосистем.