Is 'Working Harder' Enough When T&T’s Forex Reserves Are Drying Up?
Достаточно ли просто 'работать усерднее', если валютные резервы Тринидада и Тобаго стремительно тают?

Призыв премьер-министра к министрам «работать усерднее» звучит благородно, но давайте разберёмся в политической шелухе. Валютные резервы Тринидада и Тобаго рухнули с восьми до пяти месяцев покрытия импорта всего за полгода — мы опасно близки к трёхмесячному уровню безопасности. Какая польза от борьбы с коррупцией, если мы не можем платить за импорт продуктов, лекарств или топлива?
А тем временем министерство торговли говорит об экспорте и диверсификации, как будто читает презентацию 2015 года. Мы слышим планы, а не результаты. PSOTT существует, у EximBank новый руководитель — но разве встреча считается достижением? Настоящее достижение — реальные валютные поступления. До тех пор «работать усерднее» может означать просто «бесполезно суетиться».
Горькая правда: пять месяцев импортного покрытия — сигнал тревоги. Если так пойдёт и дальше, нам понадобится срочный заем, лишь бы супермаркеты не опустели. Когда валюта закончится, страдают не только бизнесы — страдают семьи. Люди уже выстраиваются в очереди за рисом и молоком. Готовится ли правительство к карточной системе?
Вы думаете, они не в курсе? Министерство финансов видит цифры каждый день. Но настоящие изменения требуют борьбы с бюрократией, а это угрожает заинтересованным сторонам. Реформы идут медленно не из-за лени — они опасны.
А между тем, фермеры спрашивают: где же поддержка местных культур? Мы можем выращивать рис, ямс и бобы — но без доступа к кредитам, технике и экспортным каналам мы всего лишь сноска в презентации.
Бюрократия — это не просто медлительность, а целенаправленная неэффективность. Министерство госуправления говорит об ИИ, но разрешения на фермы всё ещё оформляются шесть месяцев. Насколько это умно?
Вот именно — они обновляют краску, а дом уже горит.
Главная проблема? Все ждут, что действовать будет кто-то другой. Общество ждёт правительства, правительство — частного сектора, частный сектор — ясной политики. Это паралич по комитетам.
Нам на лекциях говорили: нельзя потратиться из дефицита. Но и нельзя спланироваться из экономического кризиса. Важны действия. Сейчас.
И всё же мы продолжаем финансировать рабочие группы вместо оперативных экономических ячеек. Больше встреч не напечатают долларов.